Детство. Журнал «ИгроМания» за декабрь 2003 г. CD-оболочка с саундтреком. Компьютерный клуб отца друга. Три запоротых болванки. Дни прохождения напролёт. Опробование модификаций с диска всё той же ИМ. И затем, спустя годы, возвращение вновь и вновь. За этой обречённо-отречённой атмосферой Осени. Совершенной и самодостаточной в своём мрачном самолюбовании.

Мне трудно припомнить художественное произведение, которое повлияло на моё становление больше, чем эта игра.

Nyctalgia — Time changed everything…

С серого неба на лысеющие кроны низвергнулся глухой раскат грома, перебив тихую беседу редких капель дождя и ещё не опавших листьев. За первым ударом последовал второй, и вскоре далёкая, но уже отчётливая канонада наполнила неприветливый лес гнетущим унынием, а сердце невнятной тревогой. Уставшие ноги несли тебя сквозь вероломную чащу, изредка натыкаясь на присыпанные опавшей листвой коряги. Печали и коварные тропы увели тебя с известных дорог, протоптанных прежними скитальцами, в непроглядную глушь, где сгущающийся вечерний туман не оставлял тебе иного шанса — ночь застанет тебя здесь одного, вымотавшегося, обессиленного и промокшего. Но сколь не была велика твоя горечь, и сколь не был обесцвечен твой взгляд, ты подмечаешь нечто странное. Нечто, заставившее глаза заморгать в искреннем удивлении, а разум оцепенеть, оставив тебя наедине с единственной, всепоглощающей мыслью: «Невозможно».

Сквозь таинственную дымку, блуждающую средь мшистых стволов, ты видишь Её силуэт — силуэт неописуемо прекрасной кобылы, возвышающейся на столетнем камне, словно на пьедестале. Чудесное создание стоит в одиночестве, скорбно закрыв глаза, и вдохновенно напевает, немного вытянувшись вперёд. Её божественный, чуточку дрожащий голос рождает мелодичный ручей, что бежит меж суровых рядов деревьев, замолкших в очаровании и благоговении.